Проповеди, статьи, беседы, интервью

Friday
Mar112011

ЛЮБОВЬ – МЕРА ВСЕХ ВЕЩЕЙ

Больший в Царстве небесном подобен ребенку (Мф 18:4), который в этом мире пока еще НЕ РАЗЛИЧАЕТ МЕРЫ. Младенец не сравнивает людей между собой – кто больше, а кто меньше, его критерии другие. А в Царстве Небесном не существует земной меры, потому что безмерно человеколюбие Божие, безмерны Его милосердие и любовь. Кто больше в любви? Нельзя сравнить, чтобы узнать степень любви, как нельзя выявить большего или меньшего в милосердии, терпении и благочестии. Бог знает, кто и каким образом милосерден и долготерпелив.

Когда ученики задают Иисусу вопрос о том, «кто больше в Царстве Небесном», то это открывает наше человеческое непонимание и «приземленность», то есть приверженность к земным критериям и оценкам. Мы мерим разной мерой и судим разным судом то, чем окружены в мире: людей, происходящие события и обстоятельства. Обо всем, что встречается в этой жизни, мы говорим, например, - это больше и лучше, а то меньше и хуже; это более красиво, а то менее. Подобным образом судим людей и их поступки: это более достойно, чем то; она такая, а он иной.

В силу привычки все оценивать вопрос «кто больше в Царстве Небесном» для нас звучит естественно. Если я хочу туда попасть, то стараюсь что-то для этого делать: молюсь, соблюдаю посты, хожу в храм Божий, бывая на Литургии чаще, чем мои соседи. Другие люди на Литургию вообще не ходят, а иные не веруют ни во что. Поскольку, как мне кажется, я делаю больше других, значит можно и спрашивать о том, кто больше, подразумевая хотя бы тех, которые вообще не молятся и не посещают храм. Вопрос «кто больше», даже если бы его вслух не задали Христу, оставался бы у апостолов на сердце. Таким он остается и для многих из нас. Достигну ли я Царства Небесного? Сделал ли я все для того, чтобы туда войти и буду ли достоин этого? Могу ли я причаститься, заслуживаю ли я сегодня милости Божией? Достаточно ли я уже сделал или еще недостаточно, и потому недостоин Причастия. Так мы все измеряем и взвешиваем в поисках подтверждения или опровержения собственных размышлений о себе, окружающих нас людях и мире. Божий ответ на это совсем не такой, как ожидается. Он приходит из иного измерения, из такой среды, где нет места для человеческой меры. Там не бывает такого, чтобы кто-то был больше любим Господом, а кто-то меньше. Ученики спрашивают Христа «кто больше», подразумевая, наверное, что если Он ответит, что больше тот или другой, по тем или иным признакам, то остальные тогда будут знать, что им еще предстоит сделать.

Ответ Христа, повторим, исходит из другой реальности – Он показывает им ребенка, как бы говоря: «Посмотрите на малое дитя, которое еще не научилось «измерять» этот мир. Младенец живет, воспринимая вещи такими, как они есть, - радуется всему новому, не анализируя и не сопоставляя, потому что еще не умеет этого делать». Конечно, он вырастет и научится тому, как прожить в этом мире, где всему есть мера. А нам, взрослым, уже научившимся «измерять и сопоставлять», надлежит постепенно от этого отучиться и умалиться до «состояния ребенка», который не различает меры, иначе Царство Божие пройдет мимо нас. Оно будет закрыто, потому что, как только мы зададим себе вопрос «кто больше», так, образно говоря, упадет завеса между нами и Царством Божиим. Пройти сквозь эту завесу сможет только малое дитя, которому все равно – он идет не различая, потому что идет туда, куда его влечет необъяснимое и неосознанное желание любить и быть любимым. У любви нет меры, и нельзя сказать, что этот человек больше преуспел в любви, а тот меньше. Любовь или есть или, к сожалению, ее нет, и пропадает она именно тогда, когда мы вводим меру вещей и событий, начиная оценивать других людей и саму свою жизнь. Тогда с любовью будет проблема: как я могу любить того, кого оцениваю: меньше он или больше меня? Человеку всегда хочется любить за достоинства или за недостатки – того, кто больше, или наоборот, кто меньше. А подлинная любовь «не лицеприятствует».

Что такое любовь в этом смысле? Любовь, как и Царство Божие, потенциально в нас есть (Лк 17:21). Как малое горчичное зернышко она готова раскрыться, но еще не раскрылась. Потенциально мы способны любить, но пока еще не умеем этого делать. Однако мы умеем все измерять и оценивать. «Вот когда, подобно ребенку, разучитесь измерять, - как бы говорит нам Господь, - тогда и научитесь любить». Мера вещей, свойственная этому миру, теряет смысл у Чаши Христовой, когда человек соприкасается с таинством Его Жертвы. Здесь должна исчезнуть человеческая мера, чтобы через веру и безраздельную преданность Христу на ее место пришла любовь без меры и без границ.

Любовь – это дар Божий, и мы не можем взрастить ее сами в себе. Если бы мы могли это сделать, то не было бы необходимости в Жертве Христа. Чтобы познать любовь и соприкоснуться с ней в своем сердце, нужно понять, что в Жертве Христа Бог отменил меру всех вещей. Сын Божий стал Человеком и пошел на крест – какая может быть мера Его Жертвы? Как измерить Жертву Того, Кто, будучи превыше всего, добровольно умалился и стал меньше самого меньшего из всех. Сознательно и промыслительно сделалось так, что самая большая мера стала самой маленькой, когда Сын могущественного, всеведущего, всезнающего и всеблагого Бога оказался на кресте рядом с разбойниками и убийцами.

Такова любовь, и как можно измерить или посчитать, чтобы сказать, кто больше, а кто меньше в любви? Христос идет на жертву, чтобы вдохновить людей, собранных вокруг Его Чаши, поступать так же, как Он, и, в конце концов, отказаться от оценки других людей и суда над ними. Вместо того, чтобы задавать вопрос «кто больше в Царстве Небесном», нам просто предстоит войти в него как младенцу, не рассуждая, а предавая себя на волю Отца Небесного. Будучи «мерой всех вещей», любовь без меры и без границ тогда наполнит все наше существо: разум, душу и тело, и мы из ничтожного творения восстанем вместе со Христом, чтобы сделаться сонаследниками Его Царства и стать рядом с Всемогущим Богом как Его дети, безмерно любимые и превознесенные Им.



Friday
Mar042011

«НЕ ГРЕШИ БОЛЬШЕ»

«Не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже», - наставляет Христос только что исцеленного Им расслабленного (Ин 5:5-16). Этот человек всю свою жизнь мучался вместе с десятками и сотнями таких же, как он, страдальцев, окружавших купель, которая называлась «дом милосердия». В чем состоял грех расслабленного, тридцать восемь лет пролежавшего у купели, ожидавшего исцеления и не получавшего его? Ответить на этот вопрос поможет внимательное прочтение диалога между ним и Христом.

Господь спрашивает лежавшего у купели расслабленного: «Хочешь ли быть здоров»? – Кто не хочет быть здоров? Странный вопрос. Однако смысл вопроса не в том, чтобы выяснить то, что и так понятно, – каждый человек хочет быть здоров. Вопрос состоит в том, каким образом ты хочешь быть здоров? Как ты хочешь получить исцеление от своей болезни? Из ответа расслабленного мы видим, что расслабленный ищет помощи от людей, которые его окружают, – таких же болящих и страдающих. Он отвечает Христу, стоящему перед ним: «Так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода». Он, конечно, хочет быть здоров, но не имеет рядом с собой человека, который помог бы ему выздороветь. Грех расслабленного состоит в том, что он обвиняет других людей в своей немощи и как бы жалуется Христу на них: «Я уже тридцать восемь лет лежу, и ни один из них мне не помог, никто из окружающих меня людей не проявил ко мне милосердия. Господи, посмотри на этих людей!». Обвиняя их, он ропщет на Бога, и этого своего греха не видит. Он совсем забыл о вере и уповании на Господа, потому что много лет искал себе поддержки и помощи в исцелении только от людей, даже видя, что каждый из них болен своей болезнью. «Может ли слепой водить слепого? не оба ли упадут в яму?» (Лк 6:39). Исцелению мог бы помочь лишь тот, кто сам здоров и имеет достаточно сил для того, чтобы перенести человека к купели. Но такого человека там не было.

Вспомним согрешение Адама и постараемся понять, чем он согрешил? Он нарушил заповедь, но грех его состоял не только в этом. Нарушив заповедь, он мог раскаяться, и милосердный Бог простил бы ему. Но он обвинил Самого Бога в том, что преступил Его заповедь: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел» (Быт 3:12). Подобно Адаму, расслабленный возроптал на Бога за то, что окружение, которое Бог ему дал, не давало ему возможности быть исцеленным. Здесь тот же самый корень греха. Расслабленный, видя Христа перед собой, косвенно как бы обвиняет Его: «Видишь, кого Ты мне послал, и еще спрашиваешь, хочу ли я быть здоров».

Ни на что не взирая, Господь исцеляет расслабленного со словами: «Встань, возьми постель твою и ходи». Потом, встретив его вновь, Христос напоминает: «Вот, ты выздоровел; не греши больше», а тот человек, как мы знаем из текста, объявляет иудеям, что исцеливший его есть Христос. Тем самым провоцируются новые гонения на Христа за то, что Он сделал это в субботу. Раскрыв иудеям Христа, расслабленный, по сути, совершил предательство. Получив физическое исцеление, он не исцелился до конца и не отступил от греха, чтобы, с одной стороны, обвинять других, а с другой, рассчитывать только на людей, а не на Бога. Вот чем, собственно, он грешил и продолжал грешить, возводя вину за свое состояние на Бога.

Обвиняя других людей в своих проблемах, несчастьях и каких-то сложных обстоятельствах в жизни, человек никогда не найдет поддержки ни у Бога, ни у людей. Не уповая на Бога, мы многие годы продолжаем роптать на Него примерно так, как когда-то возроптал Адам или тот расслабленный: «Господи, Ты меня поставил в эти обстоятельства, что же ты от меня хочешь? Я не могу ничего сделать, чтобы перестать грешить, потому что грешные люди окружают меня. Такой мир вокруг меня, и я вынужден следовать его законам и жить так, как этот мир мне диктует».

Как православные верующие мы должны наблюдать, чтобы наше свидетельство не стало лжесвидетельством. Ведь обвиняя свое окружение, тем самым мы укоряем Бога, поставившего нас в эти условия. Не смиряясь в страданиях и лишениях, мы терпим их напрасно. Они не приносят пользы, если в результате мы не смирились, а возроптали на Бога и на людей. Как предупреждал расслабленного, Господь предостерегает каждого из нас, чтобы с нами не случилось еще худшего, чем то, в чем мы уже согрешили. Отойдя от Христовой Чаши, насколько хватит сил, не будем грешить, подобно тому расслабленному предавать Христа, и не будем идти на поводу у немилосердного, жестокого и неверующего в Бога мира. Насколько возможно, по мере своих сил, останемся верны Христу и преданны той жизни, которой Он нас причащает.



Friday
Feb252011

ПОЧЕМУ БОГ МЕДЛИТ

В одном городе жил судья, который не имел покоя от некой вдовы, докучавшей ему своей просьбой, чтобы он рассудил и восстановил справедливость. Человек он был неправедный, Бога не боялся и людей не стыдился. Судье не было никакого дела до этой вдовы, но она так ему докучала, что в один прекрасный момент он сказал: «Сделаю для нее то, о чем она просит, только чтобы больше меня не тревожила» (см. Лк 18:1-8). Христос дает этот пример потому, что часто и наше отношение к другим людям бывает именно таким, как у неправедного судьи: если я что-то делаю ради других, то только чтобы мне не докучали и поскорее оставили в покое. Бог, Которого мы молим, тоже не сразу отвечает на наши молитвы и просьбы, но совсем по иной причине: Он медлит, чтобы мы не теряли веру и в своих молитвах были усердны и неотступны. Это очень серьезное обстоятельство.

Христос говорит, что если судья, в конце концов, удовлетворил просьбу несчастной вдовы, которая не имела, чем ему заплатить, то неужели Отец Небесный не выполнит все, о чем мы Его просим? Как мы уже отметили, причины, почему Бог и почему тот судья не торопятся выполнять просьбу, различные. Судья медлит, потому что он человек бесстыдный и людей не уважает, и ему, в сущности, все равно, что будет с тем, кто к нему обратился за помощью. Как и следовало ожидать, причина, по которой не торопится Бог, совершенно противоположного характера – Бог медлит, потому что Ему совершенно НЕ ВСЕ РАВНО, что будет в конце концов с нами. Христос поясняет это, задавая вопрос: «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк 18:8). Будет ли у людей достаточно веры, когда Он придет, чтобы восстановился порядок вещей и божественная справедливость, которой сейчас нет? Останется ли с кем и в ком совершить новое творение, живущее с Богом и в Боге, а не во грехе? Этот вопрос Бог обращает к нам как бы изнутри Самого Себя и ответ для Него всегда один – Он желает найти эту веру и сделает все, чтобы она сохранилась в нас.

Бог воспитывает веру в человеке и потому медлит, как бы не отвечая на наши просьбы и мольбы к Нему. Молимся ли мы о себе или о других людях, и о чем бы ни просили, не всегда и не сразу получаем ответ. Проходит время, прежде чем Господь откликается и делает то, о чем мы Его просим. Но иногда сами просьбы прекращаются, потому что были неискренними, не до конца обоснованными, продуманными и необходимыми. Господь воспитывает нас, чтобы, придя, найти веру на земле и чтобы Ему не пришлось взывать в безжизненной человеческой пустыне, где уже никто не может откликнуться, потому что у всех окаменели сердца. Зачем будет приходить Сыну Божию? Чтобы все, что отпало от Него до конца, исчезло и уничтожилось в Его присутствии? Но что тогда станет с нами? Вот в чем вопрос. Бог милосерден, любит нас и хочет нам помочь во всем, в чем мы действительно нуждаемся. А смысл Его промедления именно в том, чтобы научить нас верить до конца, поддержать и укрепить нашу веру, потому что это неизмеримо важнее исполнения тех просьб, с которыми мы к Нему взываем.

Бог не тот неправедный судья, который медлил из-за своей бессовестности, а, наоборот, Он имеет Свой праведный замысел, который пока объективно не может исполниться из-за состояния человечества. Он не торопится выносить Свой суд над такими людьми, какие мы есть. Но Он хочет, чтобы мы не отчаивались, не унывали и не остывали в молитве, собираясь в Церкви регулярно – изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, и чтобы таким образом наша жизнь протекала в вере. Мы хорошо знаем, что стоит только нарушить этот порядок, и вера слабеет. Раз не пришел на службу, другой раз не помолился – холоднее становится на сердце, меньше вдохновения в молитве и труднее себя понудить к ней. А если мы приступаем к молитве, то сразу переходим к каким-то просьбам и требованиям, которые немедленно нужно исполнить.

Господь хочет, чтобы мы получили духа молитвы, и наше подлинное состояние полностью раскрылось для нас. Ожидая, чтобы вера горела в нас как пламя свечи, а не тлела как уголек, Он собирает нас на молитву, в которой мы обращаемся к Нему с постоянными просьбами. Если посмотреть ектеньи и молитвы, которые произносятся на службах, то увидим, что, хотя прошений много, но они всегда одни и те же. Зачем, казалось бы, повторять их от службы к службе? Но именно для того мы повторяем молитвы и ектеньи, которые охватывают все необходимое для нас, чтобы стало понятно, что Бог всегда рядом и готов откликнуться, только медлит. Но одновременно Он уже и откликается на наши просьбы, побуждая в сердце молиться не только за самих себя, но и за всех предстоящих, за всю Церковь и за мир, в котором мы живем. «Мир стоит молитвою, а когда ослабеет молитва, тогда мир погибнет», - писал преподобный Силуан Афонский.

Молитва и вера – вещи взаимозависимые, сосуществующие и взаимоподдерживающие. Если нет веры, то молитва не будет подлинной, и просьбы не дойдут до Бога. Если нет молитвы, то наша вера остынет. «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?», - этот вопрос сквозь века пронизывает всю историю человечества от ее начала до самого конца, оставаясь вопросом, не имеющим утвердительного исторического ответа. История человечества, как она есть, сама по себе не ведет человека к вере, но история жизни одного человека, живущего по заповедям, с молитвой в сердце, и имеющего веру, может многих вдохновить. История Церкви, которую совершает Святой Дух, собирая людей вместе в едином действии веры, – это не история человечества, и тоже вдохновляет в нас веру. Собираясь в Церкви, мы склоняемся к утвердительному ответу на вопрос Христа и осознаем, что действительно жаждем этого. Припадая к Нему в молитве, мы просим, чтобы Он Сам эту веру в нас зажег и поддержал, укрепил и дал духа молитвы. Тогда вера никогда не угаснет и Христос, придя, действительно найдет ее в сердце каждого из нас.



Sunday
Feb202011

ПРИКОСНУТЬСЯ К ХРИСТУ

Множество народа постоянно окружало Иисуса – это были Его апостолы, ученики ближнего и более дальнего круга и люди, которые следовали за Ним, сопровождая везде. Об Иисусе в народе ходила молва, что Он всем помогает и совершает много чудес. Прежде всего это было исцеление от разных болезней и недугов, изгнание бесов и помощь в различных человеческих нуждах и обстояниях. Как во время земного служения Христа, так и доныне каждый из людей имеет немощи и болезни, мучается своими проблемами и страхами. Все это не дает нам жить спокойно и радостно. И про тех людей, которые окружали Иисуса, можно сказать, что многие из них стремились пробраться сквозь толпу и подойти, чтобы стать рядом и хотя бы прикоснуться к Нему. Кто с верой прикасался – исцелялись, то есть разрешались не только их проблемы со здоровьем, но и многие иные проблемы, которые по-настоящему отягощали душу человека. Исцелялись все, потому что от Него исходила великая сила (см., например, Лк 6:19; Мф 4:23, 12:15).

Сила исходит от Христа всегда, когда человек с верой прикасается к Нему. Как мы Нему можем прикоснуться? Подобно людям, окружавшим Христа при земной жизни, мы ищем Его и находим. Пробираясь к Нему сквозь различные препятствия и, следуя за Ним, мы обретаем Его там, где Он сегодня Сам отдает нам Себя, то есть где совершается таинство Его Тела и Крови. Здесь мы и соприкасаемся с Христом самым непосредственным образом и действительно чувствуем исходящую от Него великую силу, исцеляющую, вдохновляющую, дающую смысл нашей жизни и возвращающую нам в сердце радость, мир и спокойствие. Эта сила исходила от Него и исцеляла не только тех, кто видел Его лицо и земной облик и искал прикосновения к Его одежде, но она действует и теперь, можно сказать, даже в большей степени и в гораздо большем масштабе. Если тогда за Христом ходило несколько тысяч человек из разных мест Иудеи – в этой стране было небольшое население, то сейчас по всему миру миллионы людей возносят к Нему молитвы и получают утешение, повсеместно есть храмы и звучит проповедь веры.

Собравшись вместе на Трапезу Господню, мы готовим себя к тому, чтобы прикоснуться к Христу. Собирая все свои силы, надежду и веру, мы припадаем к Нему и получаем исцеление и исполнение своих чаяний и упований. В Евангелии не говорится, что все люди, следовавшие за Христом, исцелялись мгновенно, хотя достаточно и таких примеров. Вспомним прикосновение кровоточивой женщины, которая, пробравшись в толпе, прикоснулась к краю ритуальной одежды Христа и получила мгновенное исцеление от своего многолетнего недуга. Много и других мгновенных исцелений по вере, но можно предположить, что еще большее количество людей получали свое исцеление неявно и не сразу, когда касались Христа или были рядом с Ним, слушая Его слово. Они чувствовали исходящую от Него силу, но не сказано, как скоро они получали исцеление и облегчение своих недугов. На это следует обратить внимание и не искать мгновенного решения своих вопросов и проблем.

Не следует требовать и «понукать», говоря: «Вот, я пришел к Тебе, Господи. Исцели, помоги, убери от меня проблемы, дай мне жилье, работу, денег, устрой меня в этой жизни. Нет больше сил, сколько можно ждать!». Подумаем, глубоко заглянув в свое сердце: надо ли, чтобы мы получили все, когда так настойчиво требуем. Во что тогда превратится наша вера? Не будем ли мы, сами того не замечая, видеть во Христе просто мага или волшебника? Разве ЭТО действительно нужно? Многие из нас уже достаточно опытные в вере люди и понимают, что обрести здоровье и благополучие в этой жизни не самоцель. Рано или поздно жизнь каждого человека подойдет к концу, как бы он ни жил – страдал, бедствовал и нуждался или пребывал в роскоши и богатстве. Что будет лучше для нас – в каком состоянии прийти к концу своей жизни?

Ко всем, кто окружал Христа, прикасался к Нему и получал исцеление, Он обращает слова, исходящие как бы из иного бытия,  изнутри «самого» Царствия Небесного: «Блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие, блаженный алчущие..., блаженны плачущие..., блаженны вы, когда возненавидят вас...» (Лк 6:20-22). Эти слова говорят совсем не о процветании и блаженстве сего мира, но о нашем умалении в этом мире, чтобы иметь блаженство в Царстве Божием. Это Царство зародилось внутри человека вместе с верой, крещением во имя Христа и прикосновением к Нему в Таинствах Церкви. И ему надлежит развиться и принять в нас очертания личности во Христе, Который, имея Царство внутри Себя, разделяет его с нами не в телесном соприкосновении, но в прикосновении ипостасного общения, подобного общению Лиц Пресвятой Троицы.



Monday
Feb072011

«ЛЮБИТЕ ВРАГОВ ВАШИХ»

В Нагорной проповеди были произнесены невероятные слова, которые по сути опрокинули все ценности этого мира. Человечество, прожив ко времени Христа много тысячелетий и разумно устроив свою жизнь, плохо или хорошо, но уже набралось подобающего опыта и мудрости, разработало философию и построило систему необходимых знаний. К тому времени, когда явился Христос, уже прошло много пророков, великих учителей и мыслителей, цивилизация развивалась глубоко и серьезно, и было достаточно мудрых и образованных людей. Однако до прихода Христа и Его Нагорной проповеди НИКОМУ из людей не пришло ни в разум, ни на сердце, ни каким-то иным образом не коснулось человека даже подобие мысли о любви к врагам. Если мы остановим на мгновение бег времени и позволим этой мысли войти в наше сердце, то будем ошеломлены ее пронзительностью, глубиной и абсолютным несоответствием тому жизненному устройству, в котором мы пребываем.

Иисус говорит: «Я пришел не нарушить закон, но, исполнив правдой и смыслом, раскрыть его для вас» (ср. Мф 5:17). Он Сам и есть исполнение закона, а слова «любите врагов ваших ... будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф 5:44,48) раскрывают для нас его подлинный смысл. Никогда до того, ни после того не приходило это в разум или на сердце человека. Враг – это враг. Ему надо противостоять, иначе он уничтожит тебя. О какой любви говорить, когда речь идет о самосохранении. Если не будешь сопротивляться врагу, то просто перестанешь существовать. На то он и враг, чтобы с ним бороться и победить. Люди всегда так понимали жизнь и, исходя из этого, обороняясь и нападая, строили свою «цивилизационную модель». Всякое проявление иной жизни, которое чем-то затрагивает и ущемляет эту модель, подлежит умалению, а, возможно, и уничтожению. Так живет современная цивилизация, которая находит свои законы, устанавливает их и потом принуждает всех остальных им следовать. 

Закон – это не только записанное правило о том, как человек обязан поступать в той или иной ситуации или чего он не должен делать. Мы понимаем закон так, как понимали и древние законодатели: «dura lex» - закон суров. А Христос дает иное представление об этом, переворачивая абсолютно все. Он говорит, что закон «написан в сердцах ваших» не словами человеческими и не логикой, а духом. В сердце открывается то, каков есть Бог на самом деле. Ведь Он – наш подлинный «закон». В этом смысле, повторимся, Христос Сам есть исполнение закона. Не Его проповеди и благие дела, которые Он совершил, исполняя закон, но вся полнота «наполнения» закона есть Сам Христос, Его личность, явление Бога в мире и Его пребывание среди людей. Если так понимать закон Божий, то все становится на свои места. Если это то, что говорит сердце из своей глубины, то такой закон есть сама любовь. Тогда по-иному раскроются слова о любви к врагам, и станет понятно, что врагов просто не может и не должно быть, если я живу по закону любви. Хотя бы кто-то и считал себя моим врагом, но я таковым его признавать не должен. Тогда во мне начнет исполняться закон любви и, как говорит апостол Павел, буду жить уже не я со своими правилами, привычками и традициями, а во мне начнет жить Христос (ср. Гал 2:20).

Внутренний закон любви превосходит всякие рамки, будучи, как и сама любовь, вне каких-либо ограничений. Человеческая цивилизация и те законы, которые она создала, – это ничтожно малая часть того, чему по-настоящему надлежит исполниться в человечестве. Закон говорит «не убивай», и, конечно, об убийстве ни при каких обстоятельствах даже и речи не может быть, когда я люблю своего врага. Таким образом закон не только не нарушается, но он начинает сам создаваться и исполняться изнутри человека. Ничто более не понуждает меня выполнить его, а я творю его сам, чтобы исполнить естественным образом. Но пока во мне не восстановится все, что говорит Господь, это невозможно уразуметь и бесполезно обсуждать. Это, как говорит апостол, «твердая пища», которая для совершенных (см. Евр 5:14), чье совершенство приходит не внешним образом, а дается Духом. Дар Духа приходит к тем, кому Бог считает нужным, – кто любит Его, и является не слушателем, но вместе с Христом исполнителем все исполняющего закона любви к врагам.

УМЕРЕТЬ ПО-ХРИСТИАНСКИ

Христос, «будучи образом Божиим, - пишет апостол Павел, - не почитал хищением быть равным Богу, но уничижил Себя Самого» (Фил 2:6). Часто даже для людей воцерковленных, соблюдающих посты, хранящих молитву и идущих по духовному пути, подобно благонамеренному юноше из евангельского рассказа, все же встает вопрос: «Что нам делать, чтобы иметь жизнь вечную?» (ср. Мф 19:16). И, как бы мы не старались подвизаться на духовном пути, этот вопрос остается. Даже великие подвижники и святые не могли о себе сказать: «Я знаю, что надо делать, чтобы спастись, меня этому учить больше не надо, потому что я уже познал свое спасение». Но если никто не может так сказать, а вопрос «что делать?» остается и для самого благочестивого человека, то как мы можем дерзать вместе с Христом почитать себя «равными Богу»? Ведь если Бог – наш Отец, а мы во Христе Его дети, значит мы призваны стать богоподобными, то есть «равными Богу». Что надо сделать для этого? – Ответом звучат ясные и точные слова апостола Павла о Христе, что Он уничижил Самого Себя, и, будучи Сыном Божиим, стал подобным нам человеком.

Именно намерение уничижить себя должно присутствовать в каждом христианине, потому что, как говорит апостол, «в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Фил 2:5). Чувство уничижения может и должно быть в нас таким, как оно было у Иисуса. В остальном мы безмерно далеки от Господа, но в Его уничижении мы можем Ему уподобиться. Тогда Бог откроется в нас, подобно тому, как Он открылся во Христе. Есть величайший образ и пример Матери Божией, Которая первой уничижила Себя, чтобы стать проводником Божия замысла и Его благодати. Бог воплотился, принял человеческий облик, родился от безмужней и непорочной женщины. Зачатие совершилось Духом Святым, и это разрушает границы средостения между человеком и Богом, которые воздвиг человек от первого Адама и до последних дней, согрешая в своем сердце, помыслах и поступках. Это средостение, его неизбежность и неотвратимость, были устранены раз и навсегда Сыном Божиим через самоуничижение и умаление до «зрака раба».

Как бы ни старались создать себе особую духовную атмосферу в этом мире, мы неизбежно входим в человеческое общение. Тогда неизвестно откуда и необъяснимо как приходит мысль – пусть иногда слабая и не слишком довлеющая, но почти всегда напоминающая о том, чтобы нам занять среди окружающих людей подобающее себе место. И, как бы мы ни желали, сами по себе мы от этого не избавимся. Но, если бы Христос помышлял, рассуждая подобным образом, то каким должно быть единственное подобающее Ему место? – Небеса, потому что Он Бог. Если бы Он искал только подобающего по Своему подлинному достоинству места, то никогда не пришел бы в этот мир, и человек оставался бы до конца оторванным от Бога, постепенно опускаясь до животного состояния.

Сын Божий осуществляет «прорыв» настречу человеку, добровольно отказываясь занимать подобающее Ему место и уничижая Себя до «образа раба», то есть человека – Своего творения. Этим самым Он показывает нам пример, чтобы мы, попадая в общение и встречаясь с другими людьми, старались ему следовать. Пусть мысль занять достойное и подобающее себе место оставит нас, и мы поймем, что для того, чтобы наследовать жизнь вечную и Царство Божие, нужно, подобно Христу, добровольно отказаться от этого места. Это трудно, и никто самостоятельно не может сделать такого шага. Есть так называемый «инстинкт самосохранения», присутствующий в любом живом организме, включая человека. Даже не задумываясь, мы стараемся сохранить себя и уберечь от опасности, но для «прорыва» к Богу иной путь: вместо самосохранения – самопожертвование и добровольный отказ от подобающих благ, достойного места в жизни, почета и любви окружающих людей. Христос пришел в мир, не ожидая, что мир, который «лежит во зле», примет Его. Он до конца испытал на себе все искушения этого мира и его отвержение. Вместо самосохранения, преодолев инстинктивный страх смерти, то есть естественное сопротивление ей, Иисус пошел на крест, путем к которому было все Его земное существование.  

Подобно Христу, каждый христианин призван идти «на крест»: кто-то своей жизнью и служением, кто-то страданиями и болезнями, а кто-то – самой своей кончиной. Недавно в православном монастыре в Великобритании умер старец – духовник монастыря архимандрит Симеон. Братия готовила все для погребения, и евангельские слова по-особому звучали в той обстановке, когда встречаешься с тем, что из братского общения ушел человек, которого все любили, и который, можно сказать, был «сердцем» монастыря. Вместе с архимандритом Софронием (Сахаровым) пятьдесят лет назад он прибыл в Англию, чтобы своей верой, молитвой и деятельной жизнью достичь того, что сейчас это процветающий монастырь, и сотни православный людей со всех концов мира в течение года посещают его.

Кончину старца Симеона братия монастыря приняла по-христиански, то есть светло и радостно, напомнив слова, которые принадлежат преподобному Силуану Афонскому, что невозможно жить по-христиански – ПО-ХРИСТИАНСКИ МОЖНО ТОЛЬКО УМЕРЕТЬ. Вспомним, что Успение Пресвятой Богородицы стало Ее окончательным воссоединением со Своим Сыном. Она родила Его и была близка к Нему, как никто другой, в Его земной жизни, но до конца, то есть во всей духовной и телесной полноте, Он соединил Ее с Собой только в Успении. Через умаление и уничижение, через «свой крест» всякий живущий на земле человек тоже может стремиться и готовиться к великому празднику человеческой души – смерти как своего рода «успению» во Христе, подобному Успению Матери Божией и кончинам святых и подвижников веры, которые своей смертью по-христиански прославили Бога в этом мире. 

Saturday
Jan292011

ДОЛГ ПЕРЕД  БОГОМ

Бог поступает с человеком так, как государь из евангельской притчи поступил со своим должником, которого он отдал истязателям, пока тот не вернет всего долга своему правителю (Мф 18:23-35). И мы будем оставаться там, где нам тяжело, больно и порой непереносимо, пока не научимся милосердию, подобному тому, которое имеет Сам Бог – государь из притчи. Кто такие истязатели? Где и когда нам бывает больно и тяжело? Что нам бывает трудно перенести? Все это – наша жизнь и то, с кем и чем она нас сталкивает. В контексте этой притчи можно сказать, что жизнь дана человеку, чтобы научиться милосердию. Мы так привыкли давать всему какую-то оценку и меру, что любовь и милосердие тоже порой становятся предметом оценки. Но какие могут быть милосердие и любовь, и как их следует оценить, когда человек не прощает даже малейшие обиды своим близким. На подобных примерах Бог учит нас.

В притче сказано о двух несопоставимых по размеру долгах. Преднамеренно дан образ огромного долга в десять тысяч талантов. Талант – это мера веса серебра, и десять тысяч талантов – это колоссальная сумма, сопоставимая с бюджетом небольшого государства. А другой долг в сто динариев – дневной прожиточный минимум одного человека, сумма совсем небольшая, а в сопоставлении с бюджетом государства – ничтожная. Бог как бы говорит: «Вы все измеряете и сопоставляете, а Я вам дам пример несопоставимых вещей, чтобы хотя бы на время отвлечь вас от всяких оценок и сосредоточить на главном». Огромный долг был прощен царем своему подданному, и малейший долг тот самый человек не простил своему товарищу. Тот и другой долги можно соотнести для себя примерно так – огромен наш долг перед Богом и незначителен долг друг перед другом. Но речь даже не о том, что величина долга перед Богом несопоставима с долгами людей между собой. Важно то, что у обоих долгов одна мера, и в притче говорится о их денежном измерении.

Мы хорошо понимаем, что невозможно деньгами измерить милосердие, любовь или какие-то иные человеческие чувства и переживания. Но можно ли их как-то оценить и сопоставить? Иногда нас спрашивают, сколько будет стоить покрестить. Я слышал ответ одного священника и повторяю его: «А сколько будет стоить Царство Небесное?». Разве можно оценить деньгами свое вхождение в Царство Божие? Как нельзя оценить молитву и таинство, так нельзя оценить и обычные человеческие чувства. Тем не менее, мы привыкли все оценивать, и, повторим, Христос просто хочет научить нас, как бы говоря: «Раз вы все оцениваете, то Я дам вам пример несопоставимых долгов, чтобы вы поняли, что есть вещи, не подлежащие оценке».

Иисус обращает свои притчи к иудеям, имевшим закон, в котором очень подробно было расписано все – скорее именно количественно, чем качественно. Как, когда и каким образом можно что-либо делать, сколько и чем надо заплатить за определенную провинность, как именно возместить свой долг, сколько шагов можно пройти в день субботний и так далее. Многие века люди рассматривали и оценивали все материально, потому что вышли из еще худшего состояния, когда известные всякому из нас общечеловеческие вещи не принимались во внимание, а таких понятий, как милосердие, в обиходе не было. Господь упрекает иудеев в жестокосердии (Мф 19:8; Мк 10:5, 16:14). Действительно люди были жестокосердными, и Он начинает учить их милосердию, как бы давая ему наглядную денежную оценку. И одновременно Он дает понять, что уже настал момент, когда в отношении милосердия нужно перейти от количественной оценки к качественной. Люди должны узнать, что милосердие и деньги несоизмеримы, как несоизмерима разница между десятью тысячами талантов и ста динариями – разница между долгом государю и долгом своего товарища.

Другой момент – учиться милосердию надо с малого. Мы не сможем простить значительный долг, пока не научимся прощать в малом. Другого пути нет, поэтому в притче речь заходит о том, чтобы человека отдать истязателям. Не потому, что государь жестокий, и не потому, что он ожидает возвращения своего долга. Ведь тот человек все равно никогда не рассчитается. Если продать его имение и его самого вместе с семьей в рабство, то не будет возвращена и малейшая доля этого долга. Правитель отдает его истязателям с «педагогической» целью – чтобы тот человек научился прощать, и до тех пор, пока он этому не научится, его будут истязать.

Что-то подобное и мы испытываем в жизни, когда бываем «истязуемы», то есть терпим страдания в тех или иных обстоятельствах. У каждого есть какое-то «истязание», своя ответственность, которую мы несем в жизни, и за которую страдаем. Это еще не крест, а бремя или иго, данное нам просто потому, что пока мы такие, как есть. Это никуда от нас не отнимается, как бы мы не просили Бога. Бывает облегчение, но до конца подобное «истязание» не снимается. Ведь иначе мы не научимся быть милосердными, и наше сердце не тронется при виде страданий других людей. Товарищ того должника пал к его ногам, умоляя простить, и если этому человеку десять тысяч было отдать нечем, то у того и ста динариев не было. Он умолял, а тот не простил, потому что не умел простить. Иногда в этой притче ясен только поверхностный смысл, что есть огромный долг перед Богом и малый долг перед человеком, и поскольку ты не простил, то тебя будут мучить за это. Дело здесь не только в том, что тот человек не простил, и за это его истязают. Дело не в том, что он злой человек, а в том, что он пока еще НЕ УМЕЕТ простить. Он за все привык иметь расчет, но когда наступил момент рассчитаться самому за себя, то есть за то, каков он есть как человек, тут все его расчеты и материальные выгоды рассеялись в прах.

Каждый из нас имеет перед Богом огромный долг, как тот человек перед своим государем. Всего человечества в совокупности не хватит, чтобы расплатиться с Богом за этот долг. Какова природа этого долга? – Теперь мы знаем, что наш главная проблема – отсутствие милосердия. Сын Божий пришел к людям, и они Его распяли, тем самым взяв ответственность за все человечество, от начала его истории и до конца, и «расписавшись» в том, что у человека как такового, по его природе, нет и не будет милосердия. Это было не просто бесчеловечно или безбожно, а стало «подписанием приговора» самим себе. Это принятие той вины и греха, за которые никто из представителей человечества в отдельности или вместе со всем народом, жившим от начала и до конца мира, никогда расплатится. Никогда человек сам по себе не решит проблему отсутствия или недостатка милосердия. Поэтому Бог идет на то, чтобы Самому покрыть весь этот долг.

Вновь возвратимся к содержанию притчи: государь сам платит десять тысяч талантов за своего должника, у которого этой суммы нет и не может быть. Он как бы вносит этот долг со словами: «Иди, ты мне больше ничего не должен». Именно это и совершилось через Жертву Христа. Своим Сыном Бог покрыл вину отсутствия милосердия в человечестве, давая нам возможность научиться поступать милосердно. Но мы, даже узнав об этом и поверив Богу, идем и продолжаем делать то, что делали раньше, то есть быть немилосердными к другим людям и даже к самим себе. Тогда и говорится: «Отдайте их истязателям, чтобы они терпели до тех пор, пока не научатся любить и быть милосердными, прощать и быть прощенными» (ср. Мф 18:35). Именно для того и дана целая жизнь, чтобы наши «истязания» в ней когда-то закончились, а не продолжались за ее порогом.



Sunday
Jan232011

НАГРАДА ПРОРОКА

Бог явился людям во Христе – Своем Единородном Сыне, воплотившемся и принявшем человеческую плоть и облик человека. Во время земного служения Христа, как мы знаем из Евангелия, кто-то принимает Его, верует Ему и следует за Ним, видя многие чудеса и знамения, которые Он являет, а кто-то, видя те же самые чудеса и знамения, не идет за Ним и не принимает Его. Господь многообразно и в разных обстоятельствах, с помощью разных слов и дел хочет убедить каждого человека, показав Себя как Сына Божия, и в Себе показав Отца. Совершается вся полнота богочеловеческих отношений – во Христе как бы замыкается их круг: нисхождение Бога к людям и возведение человека на небо, «внутрь» божественных отношений Отца и Сына. В Сыне эти отношения становятся доступными людям. Бог перестает быть бесконечно далеким, чуждым всякому проявлению человеческого бытия и превысшим всякого творения – всего того, что мы видим вокруг себя и чем сами являемся. Он, конечно, всегда пребывает над всем, Он есть начало и конец всего. Но Он Сам не желает, чтобы мы оставались бесконечно далекими от Него. Бог хочет и может возвести нас на Свои высоты и приблизить к Себе. Каким образом?

Есть только одна возможность приблизиться к Богу – принять Того, Кого Он послал. Поэтому мы слышим слова Христа, убеждающего Своих учеников, а через учеников будущую Церковь и весь мир: «Кто принимает вас, принимает Меня, а кто принимает Меня, принимает Пославшего Меня» (Мф 10:40). Кто принимает Церковь в этом мире, тот принимает ее основателя – Христа, а кто принимает Христа, принимает пославшего Его Бога, Творца, Создателя неба и земли. Так совершается возвращение к Богу Его творения через человека, который верует в воплотившегося Бога – Бога, ставшего человеком, чтобы обожить его и сделать сопричастным Своего бытия. Не сразу бывают понятны слова, которые звучат дальше в тексте 10 главы Евангелия от Матфея, но если в них разобраться, то откроется многое из того, что Господь хочет донести до нас. Он говорит: «Кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника, во имя праведника, получит награду праведника» (Мф 10:41). О чем идет речь в выражении «принимает пророка, во имя пророка»? - Надо это понять правильно. Смысл здесь таков: речь идет о принятии пророка именно В ТОМ СЛУЖЕНИИ, которое он являет, то есть только в его пророческом служении. «Во имя пророка», значит, увидеть пророка таковым, каков он есть.

Всякий пророк в древности, всякий святой или Христов служитель – это тоже люди, и другие люди могли видеть их совершенно по-разному. Соплеменники могли видеть пророков в обыденной обстановке, в обычных обстоятельствах. Святые проживали свою жизнь, тоже окруженные людьми, многие из которых не замечали в них никакой святости. Не всякому очевидно, что пророк есть пророк, а святой – святой, и не каждый может принять, что верующий во Христа по благодати усыновления призван стать сыном Божиим. Но тот, кто видит это и принимает пророка во имя пророка, а учеников Христовых, апостолов, - во имя Христа, тот «не потеряет свою награду», потому что его награда – со-пребывание с тем, кто есть пророк, ученик Христов, апостол или просто верующий во Христа. Награда состоит в том, дар пророчества, праведности и веры как бы сообщается тому, кто принимает праведника таким, каков он есть, то есть верует, что его праведность, пророчество или апостольство от Бога. Это дается не легко и не каждому, потому что не каждый способен принять это, потому Господь и наставляет нас такими словами.

Если мы не принимаем ни пророчества, ни апостольства, ни святости, ни веры в других людях, полагая сами в себе, что это такие же люди, как и мы сами, то как соприкоснемся с тем даром и той благодатью, которые они несут? Полагая, например, что такой-то или такая-то, когда мы встречаем их в обыденной жизни, не могут быть по-настоящему верующими во Христа. «Какой он православный, живет во грехе так же, как и я, а может даже хуже», - иногда говорим мы себе. Здесь появляется опасность. Отдаляя таким способом себя от возможности увидеть в обычном человеке образ Божий, мы ставим себя вне Бога и препятствуем тому, чтобы в нас самих открылся тот дар, который Бог дал каждому. Это отчасти дар пророчества и праведности, апостольства и святости, разума и веры. Множество даров в изобилии дано каждому, в меру каждого из нас. Не желая видеть это в других, мы препятствуем увидеть и открыть их в самих себе, и награда пророка, праведника и святого нам не дается. Тогда в нас не раскрываются благодатные дары, оставаясь лишь в потенции. Они не актуализируются, пока мы не увидим Бога в других людях. Так мы не увидим Его и в себе и не сможем веровать во Христа.

Считая себя верующими во Христа, но не принимая других людей как посланных Им, мы не принимаем и Самого Христа. Иудеи, которые не приняли посланного Богом Мессию, не приняли Самого Бога, хотя и утверждали, что веровали в Него и называли себя детьми Авраама. Они лишили себя возможности стать детьми Божьими, не приняв награды веры, – награды пророка, которую Господь уготовал каждому человеку. И эта награда была отдана всем прочим народам. Без разделения, выбора и предпочтения Бог открылся всем. Теперь всякий способен узнать Его и может принять посланного Богом Христа и посланных Христом апостолов. Но всякий может и не принять. Всегда существует альтернатива, напоминая нам лишь об одном, что не принимая посланных, мы отвергаем и тех, кто их послал. Отвергая Христа и Его посланных – апостолов, мы отвергаем те дары, которые Он хочет в нас раскрыть: мы отвергаем Его любовь и свое призвание, лишаясь Бога как нашего Отца. Таким образом мы остаемся сиротами или блудными детьми, пребывающими вне отеческого дома, бесполезно проживающими свою жизнь и бесцельно направляющими свои стопы туда, где их никто не ждет и ничего хорошего для них нет.

Напротив, принимая посланного Богом Христа, принимая Его Церковь и в ней своих братьев и сестер, как посланных Богом, можно открыть этот дар и в самих себе. Можно и себя увидеть как посланного Богом – по благодати, а отнюдь не по своим достоинствам и способностям. Вопреки многим особенностям своего характера и помимо своих грехов можно увидеть, что в нас есть нечто большее. Это может случиться, когда мы откроем в себе дар «быть посланным» и принимать посланного от Бога, дар «быть пророком», в том смысле, что «принять пророка, во имя его», то есть слушать его и воспринимать его слова как пророческие. В этом смысле, принимая праведника, можно самому стать праведником, принимая святость – стать святым, а принимая Церковь и верующих людей – подлинно стать Христовыми последователями.



Thursday
Jan132011

«НЕ ИОСИФОВ ЛИ ЭТО СЫН?»

«Никакой пророк не принимается в своем отечестве» (Лк 4:24), - говорит Христос в синагоге, находясь именно «в своем отечестве» - в Галилее, в городе Назарет. Он приводит примеры из истории народа Израилева, когда пророков, не принятых среди своих, Бог отправлял к язычникам. По молитве пророка Илии небо как бы закрылось – три года и шесть месяцев не было дождя. Как Божие наказание народу за отступление от веры пришел великий голод, и жены теряли своих мужей, поэтому в то время среди израильского народа было много вдов, говорит Господь. Но ни к одной из вдов народа Божия, о котором Бог имел особое попечение, не был послан пророк Илия, а вместо этого он был послан к вдове в Сарепту Сидонскую – языческое место (3 Цар 17:9). Какое-то время пророк Илия оставался у вдовы-язычницы, и там стало совершаться чудо – каждый день горшок наполнялся маслом, а кувшин – мукой. Таким образом, для вдовы пришло пропитание – а она уже собиралась умирать, когда последнее, что оставалось у них с сыном, было съедено. Теперь, пока Илия оставался у нее, совершалось чудо, и появлялась пища. Господь приводит пример вдовы из Сарепты Сидонской слушающим Его в синагоге. Этим Он подчеркивает, что даже великий пророк Илия во времена своей земной жизни не был принят в Израиле как пророк, несмотря на многие чудеса, которые через него совершались.

Во времена пророка Елисея, продолжает Христос, в Израиле было много прокаженных, но Елисей не был послан для исцеления ни к одному из евреев, а был послан Богом к Нееману сириянину, то есть язычнику, а не израильтянину (4 Цар 5:1-27). Все это говорит о том, что пророк никогда не воспринимался в родном отечестве. Народ Израиля не принимал пророка при его жизни как пророка, и, отвергнув, часто предавал смерти. Только спустя время пророка вспоминали и, осознавая, кто это был, начинали превозносить, - тем самым он входил в историю. Бог хотел совсем другого – чтобы слова, которыми Он вразумлял народ Израиля через Своего пророка, дошли вовремя и убедили этот народ отойти от поклонения идолам, чтобы вместо служения языческим богам вновь вернуться к единому Богу. Однако так происходило не всегда.

Почему Иисус с упреком напоминает об этом иудеям, которые собрались в синагогу Его родного города, где Он вырос и прожил много лет? – Он пришел туда, чтобы сказать им об исполнении пророчеств Ветхого Завета, которые были о Христе. Но в ответ слышит лишь слова глубочайшего сомнения, несмотря на то, что они знают, как много чудес совершил Иисус в Капернауме. Он называл его Своим городом, но родным для Него оставался Назарет, где Иисус вырос. И именно там по неверию народа Он ничего не мог совершить. Люди говорили: «Не Иосифов ли это сын?» (Лк 4:22) - того самого Иосифа-строителя, плотника или каменщика, - человека, которого они хорошо знали? Какой из Него пророк или Мессия? – недоумевают они, даже зная, что к тому времени уже многое совершилось через Иисуса. Поэтому Он и укоряет их. Не гневаясь, а, напротив, с любовью, чтобы возбудить в них веру в Себя, Он напоминает им из истории Ветхого Завета о том, что было во времена пророков Илии и Елисея, которых израильтяне не приняли, и которых Бог отправил к язычникам. Со словами, что Он послан прежде всего к падшим овцам дома Израилева, Христос не хочет идти к язычникам, но вынужден туда идти, потому что «свои» Его не принимают. Именно тогда Он изрекает: «Никакой пророк не принимается в своем отечестве».

В отношении веры современный человек не многим отличается от тех израильтян, которые в ответ на обличение Иисуса в неверии, неправде и косности, хотят побить Его камнями. Почему так трудно принять, что Бог именно в Воплотившемся Сыне открывает Себя? Мессия должен родиться среди людей и явиться человеком – иудеи это знали. Тем не менее, сочли непереносимым богохульством слова Христа, что именно Он – Сын Божий, Который являет Бога Отца. Трудно увидеть в человеке образ Божий, поверить и положиться на истину о том, что Бог стал Человеком. Сейчас мы не можем явно видеть Христа как человека, но мы видим других людей, в каждом из которых – образ Божий. Почему мы должны принимать любого человека, и в каждом видеть Того, Кто его создал? Потому что Христос явил нам Человека и Бога в одном Лице. Если мы не принимаем с любовью даже своих братьев и сестер по вере, но при этом говорим, что любим Бога, то, как писал апостол Иоанн, мы остаемся лжецами. Как можно любить Бога, Которого не видишь, и ненавидеть того, кого Он тебе посылает? Эти слова звучат укором и для сегодняшних людей, потому что человеческие отношения в нашем мире порой бывают подобны отношениям между хищными животными, живущими в джунглях. Если бы не было ограничивающего человеческие действия закона, то сколько всего могло бы произойти!

Человек устроил государство с его принудительным аппаратом, который запрещает делать то, что не положено по закону, иначе следует наказание, вплоть до смертной казни. Во времена Ветхого Завета, смертная казнь как воздаяние за преступление была довольно распространенным явлением. Но Божия воля не в том, чтобы один человек умерщвлял другого, а совершенно в обратном – чтобы один человек жил с другим в мире, согласии и любви, подобной той, которой Бог любит нас. Именно за это Он упрекает нас, напоминая, что реально мы живем так, что даже среди своих, в родном отечестве не принимаем правду друг о друге. А правда – это то, что в каждом из нас и окружающих нас людей есть образ Божий. В каком-то смысле Христос являет Себя в тех людях, которых мы встречаем на своем жизненном пути. Когда мы не принимаем одного, другого, пятого, десятого человека, отвергая всех посланных нам на жизненном пути, то как мы можем верить в Самого Бога и посланного Им Христа? Где наша вера в Бога, если мы не доверяем ни одному человеку, никого не воспринимаем, да и самим себе по существу не верим. Вот в чем суть упрека, что никакой пророк не принимается в своем отечестве.

Да, говорим мы себе, где-то есть святые и пророки, праведные и великие люди, где-то далеко есть Бог, но только не здесь, не рядом со мной и не сейчас. Почему? – Человеку трудно принять святость, которая отрывается где-то рядом и которой Бог привлекает человека к Себе и одновременно не только обличает его грехи, но и показывает Свою любовь к нему. Он как бы говорит: «Я посылаю тебе этого человека, чтобы ты усовестился, одумался и поверил Мне и посланному Мной Сыну». А мы, всех отвергая и никого не слушая, продолжаем молить Бога: «Господи, дай нам то, дай нам это, помоги в том и этом». Как Он нам поможет? – Бог действует через человека, посылая нам не пророков, но разных людей и помещая нас в различные обстоятельства, чтобы через них сказать: «Ты здесь был не прав и должен одуматься и покаяться. Лучше для тебя посмотреть на себя, а не обвинять в своих грехах другого человека или какие-то обстоятельства».

Не оправдывая себя, следует принять слова других людей и те обстоятельства, которые могут быть полезными для нас. Именно таким образом Бог хочет нам что-то сказать. Не принимая этого, мы можем никогда не услышать Бога. Невозможно только в себе найти ответы на все вопросы, ведь часто и к самим себе мы относимся с недоверием. Когда возникает чувство веры, то рождается потребность в молитве и участии в церковном собрании, чтобы причаститься Тела и Крови Христа. Но тогда же находятся самые разные поводы, чтобы этого не сделать – отложить или перенести. Наше внимание рассеивается и устремляется куда угодно, только не на то дело, к которому Бог призвал нас через наши совесть, разум и чувства. Понимая под словом «отечество» свою собственную жизнь, нужно приложить все силы, чтобы не пропустить «пророка», который разбудит наше сознание. Это поможет построить нашу жизнь и правильные отношения с людьми и с Богом, открывшим Себя в человеке.



Thursday
Jan062011

ХРИСТОС ВСЕГДА ТОТ ЖЕ

Слово Божие имеет распространение в особой среде общения людей – словесной, то есть там, где не только говорят, но слушают и воспринимают слова, осознавая их смысл. Апостол Павел пишет: «Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие» (Евр 13:7). У каждого из нас есть или был в жизни наставник, от которого мы услышали проповедь слова Божия и, глядя на его жизнь, подражали его вере. «Иисус Христос, - говорит далее в послании к Евреям апостол Павел, - вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр 13:8), поэтому и слово, сказанное о Христе, неизменно в своей духовной глубине. Это слово сообщает человеческому духу истину от Духа Божия, что, как правило, совершается в словесной среде человеческого общения. В Церкви мы слышим слово о Боге, о Христе, о Духе Божием и воспринимаем это слово. Как семя, упавшее на добрую почву, оно прорастает и приносит в нашей жизни благие плоды. Пока мы внимательно и кропотливо взращиваем это слово-семя и, обильно поливая почву, усердно следим за этим – оно в нас растет, и наступает момент, когда мы сами для кого-то можем стать наставниками и кому-то проповедовать слово Божие. Служение наставления в слове – это особое призвание.

Много сказано о пророчестве, апостольстве и о священническом служении, но служение наставничества, наставления в слове Божием имеет свой особый характер. Апостол Павел предостерегает христианскую общину в Иерусалиме, чтобы «не увлекались чуждыми учениями», и, воспринимая благодать, не питали себя ложными учениями, от которых не будет никакой пользы. Для того, чтобы избежать этого, существуют особого рода духовные отношения. В определенные времена они приняли род духовного водительства, когда духовник или старец имел у себя в учении послушников, которые во всем исполняли волю старца и находили путь ко спасению, отсекая свою волю и следуя воле своего наставника. В наше время институт старчества не так широко распространен, но тем не менее наставничество продолжается, как это всегда было и будет в Церкви.

Откуда в Церковь приходят новые люди? - Из нашего окружения, когда мы, как члены Церкви и верующие православные христиане, проповедуем им слово Божие и, конечно, подкрепляем эту проповедь своей собственной жизнью. Апостол пишет, что наставников нужно поминать и подражать их вере, «взирая на кончину их жизни» (Евр 13:7), то есть на всю их жизнь, прожитую целиком вплоть до кончины. Так осуществляется преемство веры, которая продолжается в людях, слушающих каждого из нас. Мы несем особую ответственность не только словом, но и всей своей жизнью, за свое поведение и за то учение духовное, которое сообщилось людям, принявшим через нас слово Божие.

Среда для распространения слова Божия – это человеческое общение, встреча и диалог, глубокий внутренний духовный разговор, взаимопонимание и «единство в духе». Когда вместо самости и своеволия приходит послушание духовным наставникам, тогда слово Божие таинственным образом распространяется, затрагивая сердца многих людей. Это совершается там и только там, где есть любовь и братские отношения, единство и понимание. И наоборот, когда люди не воспринимают другого человека, не слушают никого, да и самих себя толком не понимают, то они идут, сами не зная куда, попеременно увлекаясь разными взглядами и учениями. Так можно подпитывать себя какое-то время, наслаждаясь чем-то вновь открытым, но потом это проходит, остается лишь разочарование. В жизни не будет твердой основы, если нет веры во Христа.

Возвратимся к словам апостола: «Христос ... во веки Тот же». В них можно услышать предостережение о том, чтобы не стремиться к внешней новизне и не стараться узнать или услышать такое, что взбудоражит ум и увлечет нас за собой. Трудно, но жизненно необходимо устоять в той вере, о которой, как нам кажется, мы многое знаем, потому что ко всему уже привыкли, годами бывая в храме. Христос всегда один и Тот же, но Он – живая Личность, Богочеловек. Если в личности другого человека мы всегда находим что-то неожиданное, новое и удивительное, то тем более во Христе. И Господь ищет нас и находит в каждом что-то необычное и новое – то, что радует Его. В Церкви, среди окружающих нас людей, собираясь для участия в Таинстве, мы тоже с удивлением можем обнаружить новое и радостное – то, что приносит нам в душу мир и дух благодарения, а не противления, раздора и своеволия. Новизна, которую предлагает внешний мир, пытаясь увлечь чем-то необычным и чуждым, отличается от духовной новизны, которую мы встречаем в личности другого человека, в Личности Христа и Его отношениях с Отцом и Духом. Следует ценить и хранить новизну духовных отношений как самое высокое богатство в нашей жизни, которое нужно уберечь, как говорят, «от посторонних взглядов», не растратить, а принять и сохранить в своем сердце, чтобы встретить Христа, всегда Того же и всегда Нового для нас в динамике Его богочеловеческих отношений.



Thursday
Dec302010

«В МОЛИТВЕ БУДЬТЕ ПОСТОЯННЫ»

В Риме, столице Древнего мира, многие христиане были из язычников, но также немало их обратилось из иудейской среды, и к времени написания апостольского послания община существовала, видимо, уже не один год. Люди хорошо знали друг друга и имели продолжительные отношения между собой. И в тот момент для римских христиан, происходивших из разных культур и традиций, были особенно необходимы слова, с которыми апостол Павел обратился к ним: «Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью; в почтительности друг друга предупреждайте; в усердии не ослабевайте; духом пламенейте; Господу служите; утешайтесь надеждою; в скорби [будьте] терпеливы, в молитве постоянны» (Рим 12:10-12). Какие глубокие и действенные слова, если их действительно воспринять всем своим существом! Будьте «в молитве постоянны»! – О постоянстве хотелось бы поговорить подробнее, затронув различные аспекты этой темы: постоянство в молитве и служении, в братолюбии и снисходительности друг к другу, в прощении и смирении, в тишине и покое. Желательно, чтобы многое в нашей духовной жизни было постоянно, поэтому разговор об этом будет не праздным.

Мы вынуждены проживать свою жизнь в этом мире, хотим этого или нет. Те годы, которые нам отпущены для нее, мы проживем, находясь в том месте и в том времени, которые нам предоставил Бог, и наша реакция на окружающую действительность может быть разной. Как сама действительность может быть разной, так и наша реакция на нее. Человек, пребывает теперь в условиях, которые необратимо изменились по сравнению с тем древним миром, где жил апостол Павел и первая христианская община в Риме,  к которой он написал свое послание. Очень многое изменилось внешне – благодаря деятельности человеческого разума, усердному труду, достижениям науки и техники, казалось бы, открылись грандиозные возможности. И дальше все это будет расти и развиваться, но глубоко внутренне, в своем существе люди мало изменились.

Человек нуждается в том, чтобы есть и пить, иметь семью и растить детей, работать и время от времени себя чем-то утешать, или, скажем по-другому, – услаждать в этой жизни. Иначе, как мы часто говорим себе, зачем я живу, если не имею радости и  удовольствия в своей жизни? Действительно, человек может и должен утешаться, нельзя быть постоянно только в напряжении или стрессе, в работе или в каких-то трудностях. Постоянное усердие, даже в духовной жизни, бывает трудно перенести физически, нужно иметь отдых. Старец Софроний (Сахаров), в свое время обращаясь к собратьям монахам, говорил примерно следующее: «Стой в молитве, сколько можешь, а когда сил нет, присядь и выпей стакан чая». Когда действительно иссякли физические силы, нужно отдохнуть и как-то утешиться. Но окружающий нас мир на этих утешениях и услаждении начал строить основу своего существования. Получается, что человек живет в основном для того, чтобы, когда он свободен от работы, постоянно себя услаждать и развлекать. Эта тенденция началась давно и продолжает развиваться, а потому усиливается искажение в отношениях человека с самим собой и окружающими людьми, с Богом и миром.

Мы перестали быть постоянными в своих отношениях, потому что, как нам кажется, все стремительно меняется. Мы оцениваем это по окружающим нас изменениям: пришли в магазин, там продают что-то новое, оказывают какие-то новые услуги, предлагают новые товары. Перемещения на тысячи километров не составляют труда и занимают немного времени. Все в этой жизни происходит стремительно и порой нам кажется таким необыкновенным. Нам кажется, что в мире есть столько вещей, которыми можно себя порадовать, а мы этого еще не достигли, значит надо много трудиться, чтобы заработать денег и приобрести еще что-нибудь или сделать то, что пока не успел, но очень хочется. Понятие «хочу» ставиться во главу угла и, таким образом, нарушается постоянство, к которому апостол Павел призывал римлян и призывает нас, живущих сегодня христиан. Он обращается со словами «будьте постоянны», имея в виду прежде всего постоянство в молитве. На этом нужно сосредоточить главное внимание.

Наше постоянство в этом мире не может быть достигнуто без молитвы. Надо начать свое постоянство именно с нее. Пусть все вокруг меня стремительно изменяется, а я сохраню свое молитвенное делание. Этого достичь не просто. Как уберечь себя от многих соблазнов и избежать их последствий? Повторимся, что время от времени человек должен отдыхать – чем-то себя усладить, порадовать и утешить. Но где та грань, которую не следует переходить, чтобы не превратить свою жизнь в постоянный поиск наслаждений? Имеются в виду не духовные радости, а наслаждения материального, чувственного плана. Как не переступить эту грань, если она существует? В этом нам как раз и поможет молитва. В молитве не может быть пресыщения или внешних границ. Молитва безгранична как сама вечность, как Царство Божие, как Бог. Молитва – это такое бытийное состояние, через которое у нас в сердце открывается Царство Божие. Она показывает нам себя самих, какими нас видит Бог и указывает на то, для чего мы по-настоящему предназначены. Это происходит не до конца, только приоткрывается на время, пока совершается молитва, которую в нас творит Бог Святой Дух. В молитве мы призваны не иметь никаких границ, в то время, как в остальном надо себя ограничивать. Все должно иметь свои разумные пределы, а молитва выше разума, и у нее нет пределов.

Именно молитва показывает нам, где граница наших чувственных наслаждений. Когда она прерывается, и в ней нет постоянного усердия, когда мы уже не «пламенеем духом», значит что-то нарушилось, и мы где-то перешли грань, в чем-то предали Бога и самих себя – отступили от своего человеческого предназначения, потеряли свой путь в вечную жизнь и, в конце-концов, забыли о своем спасении. Тогда надо остановиться и задуматься – что произошло, почему мой дух больше не горит, почему молитва меня не радует и совершается с таким трудом, если это вообще получается? Может быть пока не надо молиться? Просто подождать, пока она вернется ко мне. Но «просто подождать» не получится. Вместо этого мы будет все дальше отходить от духовной жизни, а вернуться к ней станет все трудней. Поэтому нужно «подниматься от земли», вставать с «лежачего положения» и понуждать себя к молитве, стараясь быть в ней постоянными. Тогда постоянство придет и в остальном: в отношениях с людьми и миром, с Богом и Церковью, с самими собой. Постоянство и стабильность, как говорится, - залог успеха.  

Постоянство в молитве – это основа нашего духовного здоровья. И наоборот, внутренние метания, разрыв, неудовлетворенность, поиск новых наслаждений – это признак нашего духовного заболевания и знак того, что нам надо обратиться к врачу. Кто наш врач – мы знаем, и какое «духовное лекарство» нам принимать, тоже знаем! Нужно только сделать первый шаг и удержать постоянство в молитве, чтобы зажегся духовный огонек и мы вновь почувствовали в душе радость, мир, любовь, спокойствие и братолюбие, как говорит апостол Павел. Тогда нам будет легко стать «с нежностью» предупредительными друг к другу, что в обычной жизни не часто бывает даже в семьях. К посторонним людям, как порой кажется, какая может быть нежность? – Трудно бывает просто потерпеть другого человека.  Но к братьям и сестрам, которых Господь собирает вместе на Свою Трапезу, мы должны стать, по словам апостола, «с нежностью братолюбивыми». Это поможет нам и в жизни ощутить ту же самую нежность к другим людям, сохранить ее в сердце, чтобы не стать жесткими, холодными, бессердечными и не опустить руки в «духовной брани». Слова апостола Павла применимы к нам сегодняшним так же, как и к тем римлянам, у которых, по-видимому, были похожие проблемы в отношениях между собой.  Внешне это, может быть, выглядело иначе, но суть была та же самая – беспокойный окружающий мир, соблазны, искушения, человеческая слабость, отсутствие усердия и духа молитвы, непостоянство во всем.

Наше постоянство начинается с молитвы и в ней сохраняется. Когда молитва в сердце, оно нам все раскроет и объяснит, что делать дальше, чего нам не хватает и наоборот, что мы уже имеем. У нас есть Священное Писание и Священное Предание Церкви, где раскрывается мера великих подвижников, таких, например, как преподобный Сергий Радонежский, чье смирение и труд, постоянство и усердие в молитве, духовное горение и подвиг зажгли сердца и души миллионов и миллионов людей, русских и не только русских. Он особенно потрудился своей молитвой к единосущной и нераздельной Троице, своей верой и всем образом своей жизни. Имея такие примеры и такое свидетельство, как приводит нам апостол Павел, получив в своем сердце залог Духа, данный при крещении, мы обладаем всем, и дело теперь за нами, чтобы, «употребив усилие», сделать то, что нам жизненно необходимо – сохранить постоянство в молитве.



Page 1 ... 2 3 4 5 6 ... 7 Next 10 Entries »